АПОКАЛИПСИС. 1498. Гравюра на дереве Альбрехт Дюрер 11471—15281.

«И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя смерть; и ад следовал за ним, и дана ему власть над четвертой частью земли — умерщвлять мечом, и голодом, и мором, и зверями земными».
Зловещие слова «Апокалипсиса» — мрачных про­рочеств Иоанна Богослова, предрекавших круше­ние мира, — раздавались с амвонов всех церк­вей, когда немецкий художник Альбрехт Дюрер вернулся в родной Нюрнберг после первого путе­шествия в Италию, где он изучал основы ренессансного искусства: перспективу, учение о про­порциях, читал трактаты итальянских гумани­стов, учился у живописцев Венеции колориту. По возвращении на родину молодой художник особенно остро ощутил тревоги и смуты, терзав­шие страну накануне XVI века. Народ Германии страдал от неурожаев, от жестоких поборов. Вол­нения крестьян разгорались все сильнее. Церковь и князья жестоко мстили бунтарям. Уже погиб на костре инквизиции народный вожак Ганс Бегайм, который провозгласил: «Налоги и подати должны быть упразднены».
В дни жестоких потрясений, в 1498 году Дюрер создает свой «Апокалипсис» — пятнадцать боль­шого размера гравюр на дереве, которые он с невероятной для того времени смелостью населя­ет персонажами, одетыми в костюмы его эпохи. Фантазия художника получает новую пищу, и изображение священной истории приобретает не­бывало острый полемический характер. Так, впервые в истории изобразительного искусства осовременивая канонические образы, художник лишает их ореола святости. В гравюре, демократичнейшем жанре искусства, Дюрер сказал о том, что горе в Германию принесли нынешние грешники — развращенные церковники и князья и именно их в первую очередь должно постигнуть возмездие. Так религиозная тема обернулась по­литическим памфлетом. Силой воображения художника легенда переплелась с действительно­стью и получила новую жизнь, наполненную дра­матическими противоречиями эпохи, предше­ствующей Великой крестьянской войне, потряс­шей всю Германию.
Графический язык листа «Четыре всадника» по­ражает разнообразием и изощренностью орнамен­тального узора штрихов. Измельченные, нервно взметенные линии композиции замечательны тем, что их ритм не уничтожает то мощное чувство монументальности, то умение воспринимать мир в его грандиозном величии, которое Дюрер вос­принял у мыслителей и художников средневеко­вья. Как великие нидерландцы Ян ван Эйк и Гу­го ван дер Гус, он умел извлекать из старой фи­лософии новые уроки, а художественные приемы готического искусства он виртуозно использовал для новых творческих задач.
«Я восхваляю великое мастерство Альбрехта Дю­рера-гравера, позволявшее ему без помощи кра­сок, одними лишь черными штрихами, передать все доступное человеческому зрению и чувству, — говорил великий гуманист Эразм Роттердам­ский. — Чего только не изображает он, даже то, что невозможно изобразить, — огонь, лучи, гром, зарницы, молнии, пелену тумана, все ощущения, чувства, наконец, всю душу человека, проявляю­щуюся в телодвижениях, едва ли не самый го­лос. И все это передает он черными точнейшими штрихами...»
В гравюре «Четыре всадника», пересекая по диа­гонали лист, во весь опор несутся страшные ко­ни. В символических образах всадников худож­ник изобразил войну, мор, суд и смерть. Клубят­ся облака, ограниченные нервными контурами пульсирующих линий. Вверху листа парит белый ангел. Он благословляет грозное апокалипсиче­ское войско. Начатая фигурой ангела, основная композиционная ось вдруг резко отклоняется вправо и уходит в нижний угол листа, где в пас­ти Люцифера казнится император. Внимание останавливает крупная фигура слепого всадника в центре гравюры, олицетворяющего суд. Мы как будто бы слышим устрашающее бряцание его весов, так же как слышны топот копыт, шумное дыхание животных и последние крики оцепеневших в ужасе грешников.
Лист, в котором все охвачено безудержным движением, в котором так неистово взметнулись «готические складки» на плаще смерти, так безжалостно опускаются копыта на головы поверженных, должно быть, производил величайшее эмоциональное впечатление на современников Дюрера, веривших в могучие силы высшего мира В «Апокалипсисе» художника эти высшие силы восстали против власть имущих. Конечно, не надо думать, что Дюрер сознательно использовал традиционные образы для актуальной «пропаганды». Но, гравируя свои неистово гневные листы, он стремился говорить с современниками о том, что их волновало и что воплощалось тогда в привычных мотивах религиозное мифа.

Автор - М. В. АЛПАТОВ

Комментарии

Добавить комментарий

Статьи об искусстве